Попали в яблочко

Опубликовано 20 августа
Попали в яблочко

Журналисты ассоциации-расследователей RISE Moldova внедрились в организованную группу экспортеров, которые пытаются монополизировать вывоз фруктов в Российскую Федерацию. За несколько часов удалось получить фитосанитарные сертификаты на экспорт несуществующей продукции. 

30 июля 2015 года тогда еще кандидат в премьер-министры Валериу Стрелец представлял в парламенте Молдовы программу нового правительства и долго рассказывал о стратегии искоренения коррупции. Пока шла прямая телевизионная трансляция выступления Стрельца, несколько кишиневских бизнесменов обсуждали новую схему монополизации экспорта плодоовощной продукции в Россию. Уже на следующий день их замысел начал реализовываться.

Многие молдавские производители и экспортеры фруктов, ориентирующиеся на российский рынок, в конце июля узнали, что их больше нет в списке компаний, которым Россия разрешила ввоз продукции. По словам предпринимателей, за право попасть в список и получить необходимый для экспорта фитосанитарный сертификат нужно заплатить неофициальный тариф: от $750 до $1200 за каждую вывезенную фуру.

Экспортеры убеждены, что в Молдове заработала новая криминальная схема для монополизации экспорта плодоовощной продукции в Россию, ежегодный объем которого, по данным председателя Союза ассоциаций сельхозпроизводителей UniAgroProtect Александра Слусаря, составляет около $100 млн.

Вывоз продукции запрещен даже многим компаниям из Приднестровья, хотя еще в феврале 2015 года, после частичного снятия Россельхознадзором эмбарго на ввоз плодоовощной продукции из Молдовы, Россия разрешила ввозить молдавские яблоки всем экспортерам с левого берега Днестра.

— Территория Левобережья была нашим молдавским окошком для экспорта в Российскую Федерацию, которая прекрасно знала об этом, но закрывала на это глаза. На мой взгляд, русские не хотели полностью блокировать экспорт из Молдовы. Но с конца июля начались попытки ограничить наше право на экспорт и по надуманным поводам стали отказывать в выдаче сертификатов, — объясняет председатель Ассоциации импортеров и экспортеров Виорел Минчунэ.

Пока одни компании заблокированы, некоторым фирмам с приднестровской пропиской удается получать у фитосанитаров сертификаты за считаные часы. Чтобы проверить правдивость утверждений экспортеров, группа журналистов RISE Moldova провела собственный эксперимент.

Операция «Фантом»

С просьбой оформить документы на вывоз фуры яблок и фуры слив мы обратились к Василию Дьякону — кишиневскому бизнесмену, владеющему компанией DVT Broker. Многие производители и экспортеры, оставшиеся без фитосертификатов на вывоз скоропортящейся продукции в Россию, называли эту компанию в числе тех, которые, «перевоплотившись» в приднестровские, продолжают вывозить фрукты.

Первый раз журналист RISE Moldova позвонил Дьякону 3 августа. И, представившись мелким предпринимателем, сообщил, что вместе с дядей скупил у физических лиц в Кантемирском районе 19 тонн яблок сорта «Мельба» и столько же слив сорта «Кабардинка». Дьякону было сказано, что продукцию нужно вывезти в Россию, для чего нужны этикетки и остальное оформление, в том числе фитосанитарные сертификаты от Национального агентства по безопасности пищевых продуктов.

— Никаких документов на продукцию нет — закупали у владельцев небольших садов, — разъяснил «дядя» Дьякону суть проблемы.

Тот согласился помочь. Не бесплатно.

На вопрос сколько будет стоить оформление пакета документов на вывоз, Василий Дьякону деловито ответил: «Пять — яблоко, и четыре пятьсот — слива» ($5000 за пакет документов на фуру яблок и $4500 на фуру слив. — RISE Moldova). Честно сказать, мы хотели поторговаться, но решили не рисковать «сделкой».

Сошлись на том, что транспорт будет нашим, а остальные документы — дело экспортера.

Продукция «не содержит ГМО»

5 августа состоялась первая встреча с Василием Дьякону. Он назначил ее возле филиала Fincombank у рынка Алешина, что в кишиневском секторе Рышкановка.

При встрече мы взяли у директора «приднестровской» компании этикетки для ящиков с фруктами. 1400 наклеек для ящиков с яблоками и 1900 наклеек для ящиков со сливами (примерно по столько помещается в одну фуру). На этикетках, специально для нашего груза, Василий напечатал названия сортов фруктов. Еще указал дату производства, срок хранения, фирму-производителя, фирму-импортера и контактные данные импортера, а также год производства. Самая правдивая надпись была: «Не содержит ГМО». Разумеется, не содержит, если это несуществующие яблоки и сливы!

Утром в четверг, 6 августа, когда наш «дядюшка» клеил в Кантемире этикетки на ящики, позвонил Василий и попросил приехать за печатью, которой нужно проштамповать каждый ящик в подтверждение того, что наша деревянная тара прошла до загрузки фумигацию — спецобработку по уничтожению вредителей и возбудителей болезней растений.

— Без печати [на ящиках] вас из Молдовы не выпустят, так что скажи дяде, чтобы приостановил загрузку, и быстрее передавай ее в Кантемир, — торопил Василий «племянника». Мы так и сделали.

В телефонной беседе с экспортером «дядя» еще раз напомнил, что у нас нет никаких документов на продукцию. Василий согласился вывезти ее без каких-либо справок о происхождении товара и других документов, которые обязательно должны быть в наличии при экспорте в Россию.

Киевские «водители» и кишиневский «продавец»

6 августа, на второй день после знакомства, Василий получил от нас копии транспортных документов на две фуры с регистрационными номерами Украины. Еще потребовал украинские номера телефонов двух водителей. Их роль мы попросили сыграть коллег из Киева. Операция «Фантом» начала приобретать транснациональный масштаб.

При передаче Василию транспортных документов возникла проблема — экспортер потребовал «сделать как надо» и принести ксерокопию паспорта. Любого, даже с кишиневской пропиской. Экспортер хотел «сделать как надо», оформив продавцом якобы закупленной нами в Кантемирском районе продукции, реального человека. Эту роль согласился сыграть наш коллега. А почему бы и нет, яблоки же мы вывозили ненастоящие.

Во время третьей встречи «продавец» под диктовку Василия написал на ксерокопии своего паспорта (просроченной), что продал Василию Дьякону по 19 тонн яблок и слив и претензий не имеет. «Вызовет тебя налоговая, подтверди, что продал фрукты мне», — посоветовал Василий и, попрощавшись, обещал оформить документы как можно быстрее.

Рост цен за четыре часа

В тот же день, 6 августа, не успела печать для наших фумигированных ящиков доехать до Кантемира, как спустя четыре часа после встречи с «продавцом» экспортер передал «племяннику» два пакета документов на вывоз из Молдовы в Россию двух фур с яблоками и сливами.

— Фитосанитары не беспокоят? Мы взяли кредиты, после того, как с ними расплатимся, можно еще обращаться? — уточнил «племянник» у экспортера.

Звони мне, и я скажу, смогу оформить или нет. Но я по-любому смогу оформить, — заверил директор кишиневской фирмы с приднестровской пропиской.

Кстати, о приднестровской прописке. По данным Регистрационной палаты Молдовы, DVT Broker «родилась» в 2013 году в Кишиневе, то есть ее первым юридическим адресом была молдавская столица. Но 19 марта 2015 года, за несколько месяцев до начала августовской схемы, фирма «прописалась» в приднестровском селе Малаешты Григориопольского района по улице Ленина, 12.

В итоге, за считаные часы, без всяких лабораторных анализов и осмотра груза, мы получили на нашу «продукцию» два пакета документов в оригинале на экспорт в Россию фуры со сливами и фуры с яблоками. Каждый из пакетов содержал: таможенную декларацию; сертификат о происхождении товара; фитосанитарный сертификат; акт фитосанитарного контроля; сертификат безопасности; протокол испытаний нашей продукции на наличие пестицидов, нитратов и нитритов; сертификат о соблюдении правил применения средств фитосанитарного назначения; декларацию экспортера о безопасности пищевой продукции растительного происхождения, согласно нормам, установленным российским законодательством; свидетельство Национального агентства по безопасности пищевых продуктов о том, что при выращивании и производстве растительной продукции были использованы семена и/или посадочный материал, не являющиеся генетически модифицированными организмами.

Местом происхождения нашего груза Дьякону обозначил не Кантемирский район, а крестьянское хозяйство «Ботнарь Владимир» из села Малаешты, что в левобережном Григориопольском районе. Журналисты RISE Moldova пока не смогли найти это хозяйство, чтобы узнать у его руководителя, что он думает о выдаче на его имя поддельных справок при экспорте продукции в Россию.

Документы Дьякону передал «племяннику» возле того же столичного рынка Алешина. Но заявил, что пересчитал стоимость услуг, и теперь мы должны ему больше, чем договаривались: $5100 за помощь в экспорте фуры яблок и $4600 за оформление вывоза слив. Он объяснил, что забыл включить комиссию на банковский перевод. Какой именно мы допытываться не стали. И торговаться не решились.

Российский получатель Холявка и новенькая «Елишка»

Уже на следующий день, пообещали мы Василию, деньги будут перечислены на российскую карточку, на имя физического лица.

— Лучше отправьте деньги еще до того, как груз подъедет к таможенному терминалу в России, — посоветовал Василий. Мы согласились. В пересчете на российские рубли, по подсчетам экспортера, наш долг за вывоз «яблок» и «слив», по текущему курсу Банка России на 7 августа 2015 года, составлял 620 000 рублей. Данные карты получателя экспортер отправил «племяннику» sms со следующим cодержанием: «Карта 4279420010092134 срок до 10.2015 сбербанк Холявка Виктор Андреевич 620.000 rub».

В субботу, через день после «сделки», не получив на счет деньги, встревоженный Василий позвонил «племяннику», чтобы сообщить новость.

— Фуры еще не выехали из Молдовы! — не понимая, что происходит, сказал экспортер, и попросил «дать номера телефонов водителей». Журналист RISE Moldova пообещал разобраться, а во время разговора решил поторговаться с экспортером, попросив объяснить основные суммы по оформлению документов.

— Нам в России сказали, что 5000 баксов за фуру яблок — это много! — предпринял попытку «племянник».

— Меня не интересует, что и кто вам говорит. Я вам эту сумму назвал перед тем, как вы взяли документы. Если не будет денег, машины будут простаивать в терминале. Каждый день в терминале обойдется дополнительно в 50 долларов, — провел ликбез директор фирмы.

— Но, может, импортер скинет цену? — не унимались мы.

— Никто ничего не скинет. Я импортер, это моя фирма, — отрезал Дьякону.

Российская компания-импортер «Елишка», обозначенная в документах Василием как получатель нашего «груза», действительно единолично учреждена гражданином Молдовы Василием Дьякону. Согласно Единому государственному реестру юридических лиц РФ (ЕГРЮЛ), ООО «Елишка» с уставным капиталом в 10 тыс. рублей зарегистрирована в городе Новозыбков Брянской области 20 июля 2015 года — менее чем за две недели до начала молдавского эмбарго для экспортеров фруктов на российский рынок.

Прибыль, не доставшаяся Дьякону

Операция «Фантом» прошла успешно, эксперимент удался. Теперь у нас есть в оригинале два пакета документов, включая заветные фитосанитарные сертификаты, выданные нам за несколько часов на несуществующий товар. По приблизительным подсчетам, за вычетом всех таможенных и фитосанитарных пошлин, Василий мог заработать «чистыми» около $2400 за две фуры.

— В начале июля, когда стал поспевать новый урожай, мы собрали все необходимые документы, показали молдавским фитосанитарам холодильники, склады и начали получать фитосанитарные сертификаты. А теперь их выдают лишь избранным, остальным же — только за деньги, — недоумевает экспортер из Слободзейского района Геннадий.

По словам производителя слив Юрия Бивола, в схеме по монополизации существует несколько способов передачи денег. Самый распространенный из них — когда экспортер уходит от инспектора с отказом на выдачу сертификата и тут же с ним cвязывается посредник, предлагающий за $750 в короткие сроки оформить весь пакет документов на вывоз в Россию.

Фантомы с приднестровской пропиской

Главный фитосанитар Молдовы Александру Чобану настаивает, что «сертификаты выдаются на основании письма из России, полученного нами в июне».

— Это [письмо] чуть-чуть было политическое, поскольку там были компании из Гагаузии, Приднестровья и две молдавские фирмы. Но уверяю, что сертификаты выдаются всем приднестровским фирмам без дополнительных доплат. Возмущаются те, кто не хочет работать по закону. Например, попадаются одна или две такие компании, которые хоть и с правого берега, но за день стали приднестровскими, да еще не предоставили нам всю нужную информацию о том, откуда берут продукты, машины, как можно их проверить, — привел свою версию RISE Moldova главный фитосанитар республики Александру Чобану.

«Одной-двумя» компаниями, прописавшимися в Приднестровье и не предоставляющими фитосанитарам нужную информацию, многие экспортеры называют фирмы DVT Broker и Alvi grupp. Последняя зарегистрирована на левом берегу Днестра 18 февраля 2015 года. Ее реальным владельцем экспортеры считают кишиневского бизнесмена Артема Дороша, хотя по данным Регистрационной палаты Приднестровья Alvi grupp владеет некий Евгений Чекай.

И невозможное возможно

Чтобы выяснить как должна проходить законная процедура фитосанитарной проверки, мы позвонили в криулянский филиал Национального агентства по безопасности пищевых продуктов. Фитосанитару Борису Кожокарь, чья подпись значится на двух сертификатах к нашим фруктам-фантомам. Представившись производителем из Приднестровья, журналист RISE Moldova попросил старшего инспектора Кожокаря разъяснить порядок оформления документов.

По словам фитосанитара, чтобы получить фитосанитарный сертификат, приднестровские экспортеры или производители должны прежде официально зарегистрироваться в Регистрационной палате Молдовы.

— Имея на руках молдавскую регистрацию, вы обязаны привезти нам дневник химической обработки яблок и по килограмму яблок в нашу лабораторию и в лабораторию в Кишиневе для проверки на соответствие качеству и карантин. По идее, еще я должен выехать в сад, чтобы убедиться, что вы берете продукцию именно из него. Как правило, проверка фруктов в лаборатории длится сутки (если срочно) или 48 часов. Без экспертизы лаборатории никто не выпишет вам бумаги на экспорт, особенно в Россию, — заверил Кожокарь.

Позже, в беседе с другим журналистом RISE Moldova, представившимся знакомым Дьякону, Кожокарь говорил совершенно другое.

Я звоню по рекомендации Василия Дьякону. У меня есть яблоки в Кантемирском районе, нет времени на проверку, помогите оформить нужные документы, — умолял «клиент».

На это фитосанитар сообщил, что «ты не в этом списке фирм, которые могут возить в Россию».

— А если у меня фирма из Приднестровья, я могу вывезти? — не унимался проситель.

— Я тебе не могу оформить, пока не проверю, что твоя фирма — не фантом. Мы все предупреждены, что есть список приднестровских фирм. Это фирма Василия или другого. Иди, говори с ним, так как у него есть право возить из Приднестровья на Российскую Федерацию, — разложил фитосанитар всю «схему» по полочкам.

Через день мы снова побеспокоили господина Кожокаря, но уже представились журналистами.

— Вы имеете право выдавать сертификат на яблоки, которые выращены, допустим, в Кантемирском районе? — поинтересовались мы у инспектора.

— Нет, такое не допускается, — отрезал Борис Кожокарь, предложив приехать к нему на беседу в район.

Саша все решит?

Особой «принципиальностью» отличился и фитосанитар из Новых Анен Иван Гортоломей. Судя по видеозаписи, попавшей в распоряжение RISE Moldova, отказав одному из экспортеров в выдаче фитосанитарного сертификата, он посоветовал ему обратиться «в Кишинев к Саше», без разрешения которого он «ничего оформить не может».

Судя по аудиозаписям, имеющимся в нашем распоряжении, «Сашей» оказался главный фитосанитар Молдовы Александру Чобану. Он посоветовал бизнесмену ехать обратно в Новые Анены и решать вопрос с Иваном Ивановичем, которому он обещал позвонить. Не позвонил. Инспектор без указания начальства из Кишинева даже не решился браться за оформление документов.

Кстати, когда журналист RISE пошел к Чобану за комментарием, в приемной чиновника своей очереди на аудиенцию ждал Василий Дьякону. Поняв, куда попали его документы на несуществующую продукцию, экспортер попросил вернуть их и предложил «договориться». Договариваться мы отказались. Чобану заверил, что имени экспортера не знает.

— Ко мне заходит много экономических агентов, — сказал он.

Жизнь после Коки

Представители молдавских компаний почти каждый год заявляют о попытках монополизации экспортных потоков из Молдовы в Россию. Еще в 2010 году с началом сбора урожая (июль-август) группа чиновников и несколько бизнесменов из Кишинева намеревались по сфабрикованным письмам ограничить число экспортеров со 150 до 33 компаний.

2011 год запомнился экспортерам попыткой сотрудников налоговых органов навязать им работу с фантомными фирмами-импортерами в России.

В 2012 году для запугивания экспортеров использовалась установка фискальных постов и получение денежного вознаграждения от импортеров за их снятие.

В прошлом году казалось, что 2013-й стал последним годом, когда экспортеров пытались загнать в новые схемы. Тогда, по утверждению бизнесменов, таможенные сотрудники и фитосанитары навязывали им покупку за $150 «прищепки» — так участники рынка называли справку о безопасности продукции от ассоциации «МолдРосПродЭкспо», которую экспортеров заставляли покупать у упомянутой неправительственной организации, руководимой одиозным бизнесменом Леонидом Кока. Кстати, именно Коку участники рынка экспорта считали режиссером всех попыток монополизации экспорта плодоовощной продукции в Россию, поскольку на встрече с экспортерами он представлялся доверенным лицом высокопоставленных чиновников из Москвы, способных влиять на молдавский импорт.

В 2014-м Леонид Кока был занят делами поважнее — уголовными. Согласно данным Национального центра по борьбе с коррупцией, представляясь доверенным лицом некоторых кишиневских налоговиков, он вымогал у кишиневских бизнесменов мзду в виде ежемесячного процента от оборота компании в обмен на покровительство и защиту от проверок со стороны налоговых органов. После нескольких месяцев заключения в изоляторе Кока был выпущен под домашний арест и, не дождавшись суда, в середине 2014-го сбежал из страны. Как уточнил RISE Moldova первый заместитель генпрокурора Эдуард Харунжен, сегодня Кока объявлен в международный розыск и до сих пор скрывается от правоохранительных органов республики.

Зараженная продукция компаний Чобану

Ситуация с экспортом на российский рынок действительно может ухудшиться, поскольку Александру Чобану не может признать, что созданная схема выборочной выдачи фитосанитарных сертификатов заставляет экспортеров нарушать обет молчания и говорить о проблемах, которые выставляют систему обеспечения безопасности молдавской продукции не в лучшем свете.

Кстати, главный фитосанитар Молдовы до сих пор не признает, что в 2013 году из-за его молдавской компании Bioplanprotect, в которой он был учредителем, а его отец администратором, из Россельхознадзора пришло письмо с предупреждением о возможности признания Молдовы страной «высокого санитарного риска». Упомянутая компания, согласно официальному письму шефа Россельхознадзора Алексея Саурина в адрес Минсельхоза РМ, экспортировала в Россию продукцию, зараженную карантинными объектами.

Чобану уверяет, что на момент экспорта опасного груза уже не был владельцем компании. Но в распоряжении RISE Moldova имеется документ из Реестра юридических лиц РМ о том, что главный фитосанитар вышел из состава учредителей примерно через неделю после опубликования в прессе скандального письма Саурина. Более того, с 2010 года Чобану, будучи госчиновником, ни в декларации об имуществе, ни в декларации о конфликте интересов не указывал Bioplanprotect.

В то время как главный фитосанитар республики отрицает, что у него есть доля в какой-либо компании на территории РФ, среди учредителей российской фирмы «Фрут трейд компании» до сих пор значится гражданин Молдовы Александр Иванович Чобану. По данным ЕГРЮЛ, соучредителем «Фрут трейд компани» до сих пор является и Игорь Мырза, который до скандала с письмом Саурина был совладельцем Bioplanprotect.

После публикации этого материала Национальный центр по борьбе с коррупцией принял решение проанализировать предоставленную информацию, в том числе возможные злоупотребления со стороны лиц, принимающих решения в Нацагентстве по безопасности пищевых продуктов.

Владимир Тхорик, RISE Moldova