Если "реформы" достигли и психиатрических больниц, нам конец

Опубликовано 21 ноября
Если "реформы" достигли и психиатрических больниц, нам конец

В последнее время для Молдовы стала как никогда актуальна фраза: «Когда я слышу слова «реформа» и «оптимизация», рука ищет автомат». У нас хорошо научились только разрушать и уничтожать. И все делается для того, чтобы под прикрытием красивых лозунгов (зачастую, таскаемых с Запада) сделать жизнь граждан невыносимой.

Прочитав статью, читатель вместе с нами поймет, что намечена очередная профанация, которая большой экономии денег не даст, но полностью уничтожит систему психиатрической помощи, заболтает её, создаст имитацию оказания помощи. И количество убийств и самоубийств резко пойдет вверх.

Вместо нормальных больниц с опытным персоналом и налаженным годами процессом, организовывают «хрен знает какие» центры с «хрен знает каким бесполезным персоналом» – пустопорожним проедателем зарплат.

 

Говорят, осенью происходит обострение психических расстройств.

А тут еще начатая реформа в области психического здоровья в Молдове вызывает много вопросов. Соцсети не на шутку переполошились, узнав, что «психи будут лечиться рядом со здоровыми людьми». Мы попытались разобраться, что собой представляет эта реформа.

 

Психи в городе

Поползли слухи о том, что закрывают психиатрические больницы. И весьма «кстати», накануне Дня независимости, в сетях появилась информация о том, как на Рышкановке, на остановке у 3-й горбольницы голый мужик, весь в крови, с окровавленным ножом залез в маршрутку №184, угрожая водителю и всем, кто пытался его остановить.

Цитирую источник:

«За ним бежала толпа медиков, никто не решался к нему приблизиться. Пассажиры перепугались. Водитель тронулся, проехал пол-остановки, врачи-медсестры - следом. Псих разрешил людям выйти из маршрутки, слава Богу, никто не пострадал. Он вытолкнул водителя, но тот успел забрать ключи. Потом мужик побежал по дороге, останавливая машины, угрожая ножом и пытаясь открыть двери, и так добежал до круга, где его схватили».

Также в соцсетях на эту тему откликнулся один из пользователей:

«Моя мама - эпилептик, два раза в год она ложилась в психиатрическую больницу в Костюженах. Ещё два года назад шли разговоры о том, что больницу закроют. Почему-то никого это не тронуло. И вот это случилось. Сестра мне написала, что отделения распущены. Осталась поликлиника и, кажется, одно отделение для буйных. Скорее всего, и его закроют. Получается, что на всё государство больше нет психиатрической больницы. Тысячи людей остались вообще предоставленными самим себе, без помощи. Это - бомба замедленного действия. Сейчас наступит осень - сезонное обострение и всё! Массовые самоубийства, убийства и прочие чудеса, которых даже трудно представить. Одна только моя мама в период обострения в страхе держала весь подъезд, пока мы не начали закрывать её на ключ».

 

Психиатры стали ближе к народу

Первым делом я поехала в Костюжены, узнать, что происходит в главной психиатрической клинической больнице страны, и как реформа в области ментального здоровья отразилась на её работе? Директор больницы Виктор Фуртунэ сообщил, что в рамках проводимой реформы на территории больницы открыт Национальный общинный центр психического здоровья, но его должны перевести с нового года из Костюжен в Кишинёв. В связи с этим должны закрываться какие-то отделения? Ходят слухи, что там нет психиатров, только психотерапевты и психологи.

- Отделения не закрываются, т.к. у нас должна быть преемственность в работе с общинными центрами, - говорит г-н Фуртунэ. – Допустим, если к нам поступает по ургентности пациент, он принимает здесь лечение, а потом выписывается домой под наблюдение специалистов общинного центра по месту жительства. В этих центрах на первом месте стоит врач-психиатр, а в штате также должны быть ещё психотерапевт, кинетотерапевт, психолог, соцработник и юрист. Тенденция такова – создание общинных центров должно привести к тому, что пациентам не придется приезжать из районов на консультацию в нашу поликлинику и тратить на это время и деньги, т.к. врачи на месте назначат им лечение и будут вести их наблюдение. Если больной нуждается в госпитализации, то семейный врач или психиатр может дать направление на лечение в больницу.

 

Как это работает?

Как это на самом деле происходит, рассмотрим на одном примере. В редакцию обратилась женщина, мать которой более 20 лет страдает эпилепсией, осложненной психическими расстройствами.

И вот что она рассказала:

«Два года назад госпитализация была доступна по желанию пациента. Два раза в год мама обязательно проходила лечение в стационаре в Костюженах. А после того, как там расформировали поликлинику и создали по районам общинные центры психического здоровья, маму прикрепили к такому центру на Ботанике. Мы с мамой пришли на приём к врачу-психиатру и попросили положить маму в больницу.

Врач Виорика Швец сказала, что с 2016 г. Костюженскую психиатрическую больницу расформировали, там осталось только острое отделение – для буйных, детское и профилактическое, где нет медперсонала. «Я могу направить её в это отделение, но если вашей маме станет плохо в туалете, никто к ней даже не подойдет, т.к. там никого нет», - ответила врач при пациентке, которая сразу же начала нервничать. И предложила альтернативу – дневной стационар при Институте скорой медицинской помощи.

Но нам это не подходит, потому что мама самостоятельно никуда не выходит, только в сопровождении. А в тот период некому было её сопровождать, т.к. я планировала уехать и надеялась, что мать останется под присмотром врача. Ведь то, что она чувствует себя более-менее, - только благодаря тому, что она регулярно лежит в больнице, где проходит профилактическое лечение. Ей это необходимо, потому что у неё есть осложнения в виде поражения психики. Временами она себя ведет неадекватно и агрессивно, ей приходилось лежать в «остром» отделении, где завязывают смирительной рубашкой, она пыталась покончить жизнь самоубийством. Об этом написано в медкарте и историях болезни, поэтому отказывать в госпитализации такому пациенту неправильно. Она становится опасной для общества и меня лично.

Случайно попав к другому психиатру, мы узнали, что в том профилактическом отделении №18 работает персонал из бывшего эпилептического отделения №10 (его закрыли). Ей там дадут лечение, правда, в отделении будут не только эпилептики, но и с другими заболеваниями, например, ДЦП».

Читательница возмутилась: «Сколько людей принимает г-жа Швец и сколько человек ей задают такие вопросы? И сколько пациентов от неё ушли, не получив информации? Дежурный врач нас отправил за направлением в больницу к семейному терапевту, а раньше мы получали его у психиатра. Зачем так усложнять, если пациент наблюдается у психиатра и каждый месяц к нему приходит, чтобы ему выписали компенсируемые препараты, а семейный врач не знает этого больного? Получается, чтобы лечь в больницу, пациент должен знать определенную информацию. Но эти люди не современные, не продвинутые, им всё должно быть просто и понятно».

 

Больницу в Костюженах не закроют

Раньше в Костюженской психиатрической клинической больнице было 2200 коек, и персонал насчитывал 2200 человек, т.е. на одного больного - по одному сотруднику. В настоящее время  там находятся на лечении всего лишь порядка 640 человек в 13 отделениях, которых обслуживают около 700 сотрудников.

Виктор Фуртунэ: - Пока число коек сокращать не будем, единственное, что хотим сделать, - создать более комфортные условия для пациентов, т.е. чтобы они находились по два-три человека в палате. Сегодня – по семь-восемь, есть и по 12 человек. Мы начали перестраивать палаты в одном крыле шестиэтажного корпуса. К Новому году уже можно будет увидеть, что получилось.

Мы не работаем так, как другие лечебные учреждения: если все койки заняты, они не принимают больных и планируют госпитализацию через несколько дней. Если есть необходимость, то мы по ургентности всех больных госпитализируем. Если нет мест в одном отделении, направляем пациентов в другие отделения, где есть свободные места.

- Что произошло с отделением для эпилептиков?

В.Ф.: - Раньше существовали два таких отделения. Одно было закрыто несколько лет назад, и часть больных была переведена в Институт скорой медицинской помощи. В настоящее время мы лечим больных эпилепсией, у которых есть острые психические расстройства – галлюцинации, поведенческие нарушения и т.д. То есть в дневном стационаре таких больных нельзя содержать – нет условий. В оставшемся отделении, помимо этих больных, лечатся больные после травмы, которые тоже могут давать и поведенческие нарушения.

- Почему нужно было закрывать второе эпилептическое отделение?

В.Ф.: Вообще, это международный опыт – больные с эпилепсией должны лечиться у невропатологов. А если есть психотические расстройства, то такие пациенты поступают на лечение к психиатрам. Мы перестраиваем существующие отделения: какие-то из них соединяем, если они одного типа или оказывают ту же помощь, т.е. идет оптимизация.

- Ходят слухи о том, что больницу закроют…

В.Ф.: - Больницу невозможно полностью закрыть, только со временем уменьшается число коек. Если будет меньше поступлений больных, то, соответственно, не будет необходимости в большом числе коек. Но о закрытии больницы речь не идёт. Психиатрические больницы есть во всех странах. У нас, если поступает больной, ему оказывают ту же помощь, независимо от того, есть у него полис медстрахования или нет.

- Почему должно сократиться число обращений? Ведь от такой жизни, наоборот, люди сходят с ума.

В.Ф.: - То, что можно лечить в домашних условиях, будут лечить дома. Не всегда обострение психических заболеваний приходится на осень, как принято считать. Это больше зависит от регулярности приёма лечения. В психиатрии состояние пациента может измениться в любое время. Сегодня его выписали домой в хорошем состоянии, а если он день-два не принимал лекарств, выпил алкоголь – его состояние ухудшилось. Чаще всего ухудшение происходит от отказа принимать медикаменты.

- Какие наиболее распространённые психические заболевания встречаются в нашем обществе?

В.Ф.: Среди них случаев шизофрении – около 80%, небольшой процент больных эпилепсией с психотическими расстройствами и остальные – с острыми психотическими расстройствами под влиянием каких-либо факторов. Следует отметить, что шизофрения помолодела. Эта болезнь встречается с детства – первые признаки могут появиться в четыре-пять лет, а в основном, встречается с 15-20 лет. Многие родители считают, что у ребенка переходный возраст, не обращают внимания на нарушения поведения и другие нарушения, а со временем это становится явным. Родителям всегда нужно обращать внимание на то, какие изменения произошли у ребёнка. Обычно к нам обращаются, когда агрессия становится очевидной, больные нападают на своих близких.

- Как финансируют Костюженскую больницу?

В.Ф.: На 2016 г. выделен 61 млн леев – примерно на 1 млн леев больше, чем в прошлом году. Закупка лекарств проводится централизованно, через Агентство по лекарствам и медицинским изделиям. Из общей суммы финансирования половину выделяем на зарплату персоналу, остальное – на лечение, питание и содержание больных, коммунальные услуги и т.д. Мы тратим на питание одного больного до 29 леев в день, кормим пять раз в день (последний раз – в 20.00), потому что они принимают лекарства вечером.

- Как можно на 29 леев прокормить человека?

В.Ф.: Если не воровать, то можно. Если не верите, приходите в любой день на обед, мы вас угостим обедом. Если больному положено в порции иметь кусочек мяса 30-40 г., значит, он должен его получить. В пищеблоке выдают кусочки мяса под счет, помимо каши и борща. Мы периодически проверяем порции в отделениях. Могу сказать, что за последние годы питание стало лучше и вкуснее, благодаря тому, что сменилось руководство больницы (Виктор Фуртунэ назначен примерно год назад, до этого работал завотделением, где лечатся «острые» больные).

 

Почему реформируем?

Кроме волнения в обществе поводом для внимания к этой теме послужило и принятие правительством месяц назад изменений и дополнений своего решения почти пятилетней давности, которым утверждало Типовое положение об общинном центре психического здоровья и минимальные стандарты качества (новое постановление пока не опубликовано).

По словам начальника управления первичной, скорой и общинной медицинской помощи минздрава Татьяны Затык, говоря о реформе в области психического здоровья, нужно исходить из того, что психическое здоровье является одним из приоритетов здравоохранения нашей страны. Это основано на том, что Молдова в 2005 г. присоединилась к Хельсинкской декларации по охране психического здоровья. А в 2010 г. молдавский парламент ратифицировал Конвенцию ООН о правах лиц с ограниченными возможностями. В связи с этим Молдова взяла на себя обязательства обеспечить доступ и интегрировать в сообщество людей с ограниченными возможностями.

В советское время психически больных людей было принято госпитализировать, и такая больница считалась как тюремным заключением. Но на глобальном уровне меняется отношение к таким больным, исходя из соблюдения прав человека. Теперь существует тенденция перевода проблем психического здоровья в первичную медпомощь. Семейный врач должен первым распознать заболевание, постараться предупредить его, рано диагностировать и помочь больному интегрироваться в сообществе.

 «Цель нашей реформы – изменить менталитет и сознание в первую очередь врачей психиатров, т.к. ранее они научились лечить по-старому – в условиях больницы, - говорит г-жа Затык. – Несмотря на то, что в Молдове только три специализированные больницы в области психиатрической помощи (в Костюженах, Бельцах и Оргееве), вся республика направляет больных к ним. Этими больными очень мало занимались по месту жительства. Перед системой здравоохранения стоит задача обучить врачей, чтобы они обеспечивали специализированное лечение больных по месту жительства и меньше направляли больных для лечения в стационар. А лёгкие заболевания типа депрессии семейный врач может лечить без того, чтобы направлять к психиатру, т.к. у всех людей есть боязнь психиатра. Визит к психиатру воспринимается как клеймо.

Много людей с лёгкими формами заболеваний по этой причине вовремя не обращаются к врачу, болезнь прогрессирует и становится неизлечимой. Чтобы исключить стигматизацию (навешивание социальных ярлыков) и дискриминацию, должен быть другой подход. Согласно мировой статистике, девять из десяти человек, страдающих психическими заболеваниями, сталкиваются с этими явлениями».

Сначала Молдове в этом деле оказала помощь Всемирная организация здравоохранения: в 2005 г. был создан первый центр психического здоровья на Буюканах. В настоящее время там находятся под наблюдением психиатров более 4 тыс. пациентов. Если в первые годы из него направляли на госпитализацию свыше 800 больных в год, то теперь – значительно меньше. После этого Швейцарское правительство помогло открыть общинные центры психического здоровья в Унгенах, Резине, при Костюженской больнице и в Бельцах. А в 2014 г. тоже на швейцарские деньги стартовал пилотный проект в Оргеевском, Сорокском, Чимишлийском и Кагульском районах, где тоже были обустроены ОЦПЗ, в октябре нынешнего года они были обеспечены и транспортом для выездов на дом.  

С 2013 г. такие центры начали открываться во всех районах республики, кроме Фалештского и Дубоссарского. В Фалештах пока не открыт центр, потому что там нет психиатра. С 1 ноября добавились ещё два ОЦПЗ – в Кишиневе, в секторах Рышкановка и Чеканы, т.е. теперь их стало 38. С 1 января должен открыться и в столичном секторе Центр. Минздрав планирует направить врачей-резидентов в районы, где не хватает специалистов. Примерно 30% работающих психиатров уже пенсионного возраста.

В общинных центрах психического здоровья, кроме кабинетов врачей, есть и зал дневного центра, куда по 10-20 больных приходят каждый день для каких-то совместных занятий и общения, чтобы они не замыкались в себе из-за болезни. Лекарства для психических больных, которые выписывает семейный врач или психиатр, на 100% компенсируются из средств Национальной компании медицинского страхования.

 «В общинных центрах психического здоровья оказывается более комплексная помощь, т.к., кроме врачей-психиатров, там есть и другие специалисты, - говорит Татьяна Затык. - Они смотрят на проблему пациента не только с медицинской стороны, также решаются проблемы социального, психологического и юридического характера. Эти пациенты получают больше возможности находиться на уровне сообщества и не нуждаются в госпитализации.

На содержание 36 центров было предусмотрено 17 млн леев, а три психиатрические больницы обходятся стране в более чем 100 млн леев в год, т.е. реформа связана с уменьшением расходов для лечения в больничных условиях. Если в 2012 г. в трех больницах было 2080 коек, то на 1 января 2016 г. – 1445, но пока не было сокращения расходов на больницы, чтобы на эти средства улучшить условия содержания больных. Со стороны ООН и организаций по правам человека приезжают эксперты для проверки условий в психиатрических больницах. В последние годы они намного улучшились».

 

Мир сходит с ума?

В мире 300 млн человек страдают психическими и поведенческими расстройствами. Доля этих заболеваний в числе всех заболеваний составляет 13%. У больных, страдающих психическими расстройствами, риск преждевременной смерти выше на 40-60%. Глобальный экономический ущерб за последние 20 лет от этих заболеваний оценивается в $16 трлн.

В Молдове ежегодно регистрируется около 15 тыс. человек, пораженных психическими расстройствами, а общее число превышает 100 тыс. На психиатрическом учете состоят порядка 60 тыс. больных, из которых 28 тыс. – с ограниченными возможностями. По мнению г-жи Затык, на самом деле таких людей больше, т.к. многие не обращаются к врачу.

Ангелина Таран