ТАЙНА ОДНОГО ЗАХОРОНЕНИЯ НА КЛАДБИЩЕ В КОМРАТЕ

Опубликовано 2 мая
ТАЙНА ОДНОГО ЗАХОРОНЕНИЯ НА КЛАДБИЩЕ В КОМРАТЕ

Недавно известный общественный деятель Валерий Кысса на своей странице в социальной сети выставил пост-обращение, который вызвал у многих заметный интерес.

В своем обращении автор выставил фотографию одного из надгробных памятников, находящихся на Комратском кладбище сопроводив его следующим комментарием: «Это, наверное, самый красивый памятник на комратском кладбище. Вандалы в свое время разрушили его. Но комратчанин Михаил Еринец отреставрировал самостоятельно. Огромное спасибо ему. Но меня всегда интересовало, кто похоронен в этой могиле? До сих пор неизвестно кем был и откуда родом Николай Николаевич Боянжогло. Если кто-нибудь обладает информацией пишите...».

Действительно, мраморный надгробный памятник весьма любопытен. Он представляет собой ствол дерева, на котором развернут лист с надписью «Здесь покоится прах раба Божия Николая Николаевича БОЯНЖОГЛО, род. 25 марта 1848 г., сконч. 27 ноября 1896 г.». Под надписью скульптор поместил якорь, который позволяет предположить, что профессия усопшего, вероятно, была связана со службой в морском флоте.

Как историк я не мог не ответить на призыв г-на В. Кысса и поэтому решил провести собственное расследование. При внимательном изучении «Метрической книги Иоанно-Предтеченского собора» Комрата за 1896 г., нам не удалось обнаружить какой-либо записи о погребении в ноябре указанного года человека под именем Николай Боянжогло. Кроме того, фамилия Боянжогло отсутствовала и в списках населения Комрата за 1835, 1850 и 1859 гг. Известные исследователи-генеалоги Георгий Кышлалы и Лиана Реулец также сообщили мне о том, что по переписям 1835 и 1850 гг. в гагаузских селениях эта семья не значится.

Задача предстояла нелегкая. Необходимо было проверить население всех колоний Болгарского водворения в Бессарабии. Однако удача была на нашей стороне. В «Ревизской сказке» (перепись налогоплательщиков) колонии Болград за 1850 г. обнаружено что здесь под № 54 значится семейство Николая Михайлова Бояжи у которого имелся сын Николай [НАРМ. Ф. 134, оп. 2, д. 743, л. 125об.]. Этот Николай и является тем, кто погребен на Комратском кладбище. Наше предположение подтвердилось записью в «Метрической книге Преображенского собора колонии Болград», где было отмечено, что Николай родился 27 марта 1845 г. На памятнике же указана дата «25 марта 1848 г.». Это скорее всего можно объяснить тем, что те, кто устанавливал памятник позже допустили ошибку. Следует сказать, что такого рода ошибки нередко допускались в прошлом.

Согласно той же «Метрической книги колонии Болград» отцом Николая значился Николай Михайлович Бояджия, а матерью – Димитра Маркова. Таинство крещения было совершено 1 апреля 1845 г. того же года в Болградском соборе. Восприемниками (крестниками) младенца отмечены болградчане: Николай Георгиев Караиспасий и Нейка Дончева Шишкова [НАРМ. Ф. 211, оп. 21, д. 19, л. 41об.].

Источники не дают ответа на вопрос о времени захоронения Николая Николаевича. В «Метрических книгах Комратского собора» за 1893–1901 гг. отсутствует запись о том, что здесь проводился обряд отпевания Н. Н. Боянджогло. На основании этого можем предположить, что он скончался в другом населенном пункте, где его и отпевали, а в Комрате его тело было лишь захоронено.

Что же известно о семействе Николая Николаевича Боянжогло?

Не исключено, что его предки были красильщиками. Об этом свидетельствует этимология фамилии Бояджи. В документах там, где речь идет об этой семье, их фамилия встречается в различных вариантах: Бояжи-Бояджи-Бояджиогло-Бояджиоглу-Боянжогло.
Семейство Бояджи прибыло в Болград из колонии Старая Кайраклия в середине в 20-х гг. XIX в. Согласно документам в первые годы своего пребывания в Болграде здесь значатся братья: Николай и Панайот Бояджи вместе со своими женами и 85-летней матерью вдовой Мешкой. С ними также проживал их шурин Сидор Ничов и его жена Карица [НАРМ. Ф. 134, оп. 2, д. 53, лл. 25об.-26].

Позже в источниках представители этой фамилии отмечены как одни из «первенцев Болграда». Они были авторитетными и зажиточными колонистами. Это подтверждается еще и тем, что их подписи значатся среди «старейшин», которые 8 апреля 1839 г. отправили Благодарственное письмо, адресованное управляющему задунайскими переселенцами Михаилу Буткову, по случаю его 6-ти летней службы среди колонистов.

Николай Михайлович Бояджи (отец захороненного в Комрате Николая Николаевича) проявил себя и в общественной деятельности. На его средства в 1844 г. в Болграде был построен каменный мост. За это императором Николаем I он был удостоен серебряной медалью [Скальковский А. Болгарския колонии в Бессарабии и Новороссийском крае. Одесса, 1848, с. 151, 155].

В данный период братья Бояджи известны как крупные землевладельцы. Николай Бояджи совместно с Николаем Фитовым из Болграда и Драганом Дмитровым из Еникиоя арендовали казенную землю размером – 1 тыс. десятин (1 десятина земли = 1,09 га) в колонии Дельжилер. Однако в 1836 г. эта земля была изъята колонистскими властями в пользу 34 семей, прибывших из селений, где испытывался недостаток земли.

Братья Николай и Панайот Бояджи одними из первых начали внедрять в высокопроизводительные орудия для пахоты. В сентябре 1842 г. Панайот Бояджи приобрел в Одессе (за 24 рубля) легкий двухколесный плуг с железным лемехом системы Бехгольца [Мещерюк И. Социально-экономическое развитие болгарских и гагаузских сел в Южной Бессарабии (1808–1856 гг.). Кишинев, 1970, с. 46, 223].

В Болграде Николай Бояджи содержал кофейню, бакалейную лавку и постоялый двор.

Проявил себя Николай Михайлович Бояджи как в национально-освободительном движении болгарского народа, так и в деле возрождении болгарской культуры. Так, например, известно, что в ноябре 1841 г. к нему (а также к другим трем зажиточным болградчанам) обратились лидеры восставших болгар города Брэила с просьбой оказать денежную помощь своим собратьям в Дунайских княжествах. Они намеревались сформировать, а затем перебросить вооруженные отряды в Османскую империю с целью освобождения болгарских земель [Велики К. Браилските бунтове. 1841–1843. София, 1968, с. 88]. В постоялом дворе Николая Бояджи постоянно останавливались болгары, приезжавшие в Болград из-за границы. Именно через него и его соратника Стояна Топала один из лидеров, готовивших восстание по имени Петр Ганчев, передал письмо другого лидера восстания – Георгия Казака, в котором последний призывал болгарских колонистов «к пособию заграничным единомышленникам, их подданным Турции для низложения народной зависимости от правительства своего (османского)» [Грек И., Забунов И. Новые документы о движении бессарабских болгар в поддержку второго Браильского бунта 1842 г. // Известия АН МССР. Сер. Общественных наук, 1974, №1, с. 69].

Имя Николая Михайловича Боянджоглу значится и среди жертвователей в пользу «Болгарского литературного общества в Брэиле». На основе этого общества в Софии (в 1869 г.) открыта Болгарская академия наук. По призыву Одесского болгарского настоятельства Панайот Боянджи пожертвовал 15 рублей в пользу религиозно-нравственных нужд православного населения в Болгарии [Отчет Одесского Болгарского Настоятельства, с. 7].

Таким образом благодаря выявленным источникам нам удалось выяснить, что на Комратском кладбище захоронен представитель известного болградского рода Бояджи в Бессарабии. Его представители проявили себя в социально-экономическом и общественном развитии этого края. Надеемся, что дальнейшие научные изыскания откроют нам и новые данные, касающиеся биографии Николая Николаевича Бояджи/Боянжогло.

Надгробный памятник Николая Николаевича Боянжогло на Комратском кладбище (фото Валерия Кысса).

Иван ДУМИНИКА, доктор истории